Председатель совета директоров Газпрома" и первый вице-премьер правительства РФ Дмитрий Медведев считает, что Владимир Путин осенью назовет имя своего преемника. В интервью газете "Ведомости" Медведев заявил о том, что российский газовый монополист может стоить и триллион долларов, а также рассказал о своих политических взглядах.

"Президент говорил, что в свое время определится со своими предпочтениями. Это нормально. Это происходит в каждой стране, где действующий руководитель говорит: считаю правильным поддерживать вот такую-то кандидатуру. Когда это может произойти? Ну это рано или поздно произойдет, потому что есть законы жанра и очевидно, что осень - это уже разгар политических баталий, разгар избирательного цикла. Видимо, все основные события состоятся в этот период", - предполагает Медведев.

Он также отметил, что "сильная президентская власть в нашей стране в силу юридических, исторических и географических причин крайне необходима". При этом он не исключил формирования "в будущем полноценного партийного правительства".

Медведев в очередной раз уклонился от прямого ответа на вопрос о своем участии в президентских выборах. "Я уже на эту тему многократно высказывался. Я пока работаю вот в этом кабинете и замещаю серьезную позицию - первый заместитель председателя правительства. Здесь очень много работы", - сказал Медведев.

Но Медведев все же поделился своим видением задач нового президента и нового правительства. "Думаю, сейчас уже ничего существенного делать не нужно. Правительство должно отработать положенный срок, решить те задачи, которые с каждым годом становятся все более масштабными, и выйти с определенным набором результатов. А вот новое правительство, новый президент имеют право на то, чтобы формировать какие-то собственные представления. Хотя, на мой взгляд, мы сейчас ближе к оптимальной структуре правительства, чем были, например, 10 лет назад", - сказал Медведев.

"Участие членов правительства в партиях естественно. Они юридически даже не являются чиновниками. Они - лица, замещающие конституционную должность, то есть политики. И могут свои политические предпочтения выражать. Мне предложения вступить в партию поступают, но я пока для себя ничего не планирую. В принципе, как нормальный человек со сформировавшимися убеждениями, я, конечно, этого для себя и не закрываю. Политические симпатии у меня сложились лет 15 назад. Я и сейчас нахожусь приблизительно в той же системе координат. Те политические взгляды, которые мне приписывают, приклеивают (каждому политику принято давать какой-то лейбл), в значительной мере соответствуют действительности. Исходя из этого, и буду принимать для себя решение о том, как голосовать на выборах в Государственную думу. И наш политический ландшафт включает партии, за которые вполне можно проголосовать", - считает Медведев.

Он снова заявил, что ему не нравится термин "суверенная демократия", придуманный главным кремлевским идеологом Владиславом Сурковым. "По-прежнему считаю, что всякая полноценная демократия должна опираться на государственный суверенитет. Но выпячивать один из признаков полноценной демократии, а именно верховенство власти внутри страны и независимости ее вовне, мне, как юристу, представляется излишним. А иногда даже вредным, потому что это дезориентирует. Но наша уважаемая "Единая Россия" имеет право на использование тех идеологических клише, которые полагает наиболее целесообразными в конкретный период. Я их понимаю: любые понятия должны запоминаться, "стрелять". Термин совершенный условный, но он запоминается. Это факт", - сказал Медведев.

Первый вице-премьер ответил на вопрос о том, почему происходит огосударствление экономики. "Сибнефть" досталась "Газпрому", а большая часть ЮКОСа - "Роснефти". Почему это происходит? Неужели государственные корпорации более эффективны, чем частные?" "Нет, я не считаю, что государственные корпорации более эффективные, чем частные. Напротив, я придерживаюсь противоположной точки зрения. Но есть секторы экономики, где государственные компании необходимы, особенно если речь идет о России", - сказал Медведев.

"Например, "Газпром" работает на различных зарубежных рынках и в условиях глобальной конкуренции за эти рынки. И в этом смысле контрольный пакет со стороны государства, безусловно, сильная поддержка в конкурентной борьбе. Я и восемь лет назад так считал, когда впервые вошел в совет директоров "Газпрома". Вы только вспомните, сколько тогда "Газпром" стоил и как управлялся? У правительства не было контроля, рынок акций находился в безобразном состоянии. Именно тогда мы и пришли к выводу, что государству необходимо вернуть этот контроль: это поддержала не только власть, но и миноритарные акционеры. Такой компанией, как "Газпром", с учетом его роли и функций, сегодня должен управлять один собственник, это должно быть государство. Естественно, при максимальном учете прав миноритариев, у которых в "Газпроме" чуть менее 50% уставного капитала", - сказал Медведев.

"Что же касается других отраслей, то если даже государство и заходит в какой-нибудь бизнес, это ведь не навечно. Мы ничем не отличаемся от других стран, где правительства сначала принимают решения что-нибудь национализировать, а потом, спустя некоторое время, - продать. В какой-то момент государству приходится поддержать бизнес, чтобы он не развалился, а спустя 15-20 лет у правительства уже не хватает ни предприимчивости, ни денег, чтобы этот проект развивать. Тогда этот бизнес продается, и это совершенно нормально. Но ряд ключевых отраслей - энергетика, военно-промышленный сектор - должны оставаться под контролем государства на длительное время", - считает Медведев.

Он также рассказал о перспективах "Газпрома". "Капитализация "Газпрома" за довольно короткий срок выросла в 30 раз. Восемь лет назад концерн стоил 5-9 млрд долларов, а сейчас - 240-250 млрд. Это колоссальный рост, и на него мы все много работали. И это в большой степени достижение менеджмента "Газпрома". По своим запасам и объему бизнеса "Газпром" может стоить и полтриллиона долларов, и триллион. Но насколько это сегодня реально? Я считаю, что нынешняя стоимость "Газпрома" абсолютно объективна. Когда движение идет только по восходящей, могут возникать иллюзии. Есть масса примеров в истории, когда пресловутый пузырь волатильности в ряде стран надували настолько, что он лопался. И приносил огромные проблемы экономике", - сказал Медведев.